Писатель о высоком назначении Человека

Ученые и изобретатели, созданные воображением Жюля Верна, покидают свои кабинеты и лаборатории; их изобретения и фантастические проекты становятся достоянием гласности, будоражат общественное мнение, влияют на судьбы мира. При этом романтика научных дерзаний уживается в «Необыкновенных путешествиях» с реалистическим изображением среды и обстановки действия, что еще больше придает художественному вымыслу видимость фактической достоверности. За четыре с лишним десятилетия, пока создавались «Необыкновенные путешествия», мысль Жюля Верна проделала большой путь вместе с передовой наукой его времени; от усовершенствованного аэростата до гигантского геликоптера и ракетного самолета будущего; от «парового дома»— неясного прообраза будущего танка-амфибии— до универсальной вездеходной машины Кобура; от «плавающего города» — огромного океанского парохода— до плавучего электроходного острова, несущего на себе целый город; от различных, тогда еще далеких от практической реализации, способов применения электрической энергии — до радиосвязи и — пусть даже очень сбивчивых и смутных! — пророчеств об использовании атомной энергии.

Революция в физике конца XIX и начала XX века — открытие электрона, рентгеновских лучей, давления света и особенно радиоактивности — привела в смятение даже виднейших ученых. Атом, считавшийся прежде последней неделимой частицей материи, оказался сложной системой, состоящей из еще более мелких частиц вещества. «Нет материн, а есть только энергия», «Материя исчезла!»— сокрушались физики, а философы-идеалисты подводили под эти утверждения «идеологическую базу»: «Мир, — говорили они, — это эманация духа», «Человеческий ум бессилен понять тайны природы» и т. п.

Убедительный ответ философам-идеалистам дал сочинение на тему устарела ли проблема отцов и детей сегодня в своей замечательной книге «Материализм и эмпириокритицизм». Он утверждал, что новейшие достижения физики, разрушившие старое представление об атоме как простейшей частице материи, только приблизили нас к познанию ее истинной природы и открыли перед наукой еще более широкие горизонты. В предчувствии новой научной революции, сулившей в далеком будущем какие-то неясные возможности овладения сверхмощной энергией, таящейся в недрах атома, Жюль Верн года за два до смерти написал роман «В погоне за метеором». Он в состоянии был уловить лишь самый общий смысл новейших физических теорий, которые сами по себе казались писателю порождением ада

Фантазия Жюля Верна опережала практические возможности науки и техники почти на полвека. По его романам можно проследить историю зарождения, развития и смены научно-технических идей на протяжении всего XIX столетия. Писателю посчастливилось дожить до того времени, когда многие из его прогнозов перестали уже быть фантастическими. Но жизнь толкала его вперед, и в своих последних романах он продолжал набрасывать смелой рукой новые увлекательные перспективы науки и техники будущего. Для практического воплощения его последних фантастических замыслов, которые по-прежнему оставались на уровне передовой теоретической мысли, снова понадобилось приблизительно полстолетия.

В наше время, по удачному выражению одного критика, самое удивительное в произведениях и сочинениях Жюля Верна то, что в них почти нечему больше удивляться. В его романах география и естествознание соседствуют с техническими и точными науками.